​​​​​​​Завещание с просьбой быть похороненным на пляже в Сете

Костлявая Карга, которой что есть сил
Я от младых ногтей старательно дерзил,
Мой след взяла с сугубым тщаньем.
И вот, приперт к стене чредою похорон,
За благо я почел, пока не грянул гром,
Внести поправки в завещанье.
Нотариус, в залив Лионский голубой
Перо свое макни! Сегодня мы с тобой
Запишем, где мне станет пухом
Земля и сыщет плоть последний свой приют,
Когда на небесах небрежно подмахнут
Ее развод с заблудшим духом.
Ему — за облака, ушедшим душам вслед
Красоток и бродяг давно минувших лет
Свой устремить полет отважный,
А ей — к родным местам отправиться чуть свет
На скором, что идет прямой дорогой в Сет,
Где свалят гроб на двор багажный.
Жаль, наш фамильный склеп немного тесноват —
В нем уж который век могилы нарасхват.
Мне, право, было бы негоже
Вломиться к старикам и брякнуть: вот, мол, я!
Подвиньтесь-ка слегка, коллеги и друзья,
И дайте место молодежи!
Поэтому прошу зарыть мой бедный прах
На самом берегу, от моря в двух шагах,
Где у моей песчаной ниши,
Как в детские года, веселой чередой
Дельфины будут куролесить над водой, —
На нашем пляже в Ля Корнише.
Здесь никогда Нептун не сердится всерьез,
И даже если вдруг корабль пошел вразнос,
То капитан кричит из рубки:
«Мы тонем, черт возьми! Ребята, по местам!
На этой глубине любой спасется сам —
Грузите выпивку на шлюпки!»
И здесь в пятнадцать лет я понял что к чему —
Что на песке вдвоем милей, чем одному,
И, повстречав морскую гостью,
Я с нею в первый раз, но до последних строк,
И вдоль, и поперек прошел любви урок
И поперхнулся первой костью.
Пред мэтром Валери, великим земляком,
Всегда останусь я плохим учеником
И лишь в одном успех предвижу:
Хоть мне не по плечу его могучий стих,
Но если рассуждать о кладбищах морских, —
Мое, бесспорно, к морю ближе.
Пусть этот скромный холм меж небом и волной
Печальной мысли не разбудит ни одной
Ни в ком, и я не пожалею,
Коль ширмой станет он купальщицам нагим
И дети на песке воздвигнут рядом с ним
Свои дворцы и мавзолеи.
Еще лишь об одном просить не премину:
Пусть над моим холмом тенистую сосну
Посадят, чтобы ненароком
Друзей не хватанул здесь солнечный удар,
Когда они толпой заявятся сюда
Предаться скорбным экивокам.
И пусть в последнем сне мой услаждают слух
Мелодии сестер латинских наших двух,
Когда мистраль и трамонтана
Мне с моря принесут лозы соседской хмель:
Фанданго — поутру, а к ночи — вилланель,
И тарантеллу, и сардану.
А если невзначай появится из вод
И на краю моей могилы прикорнет
Полуодетая ундина,
Заранее прошу прощенья у Христа
За то, что даже тень от моего креста
Чрезмерно станет возбудима.
Герои и цари, Рамзес, Наполеон,
Певцы, чей гордый прах упрятан в Пантеон,
Вам не понять подобной блажи!
Урок вам и пример — бессрочный отпускник,
Что дни небытия проводит как пикник
На средиземноморском пляже.