Песня про Диму

Шо слыхать о нашем Диме, тай-дири-дай?
Он уже в Ершалаиме, тай-дири-дай!
Он недолго собирался, тай-дири-дай —
прямо как с цепи сорвался, тай-дири-дай.
Все случилось в две недели, тай-дири-дай,
мы и охнуть не успели, ай, вос туцех,
как он ноги взял на плечи, тай-дири-дай,
и теперь таки далече, тай-дири-дай.
Он, когда узнал про вызов, тай-дири-дай,
не надеялся на визу, тай-дири-дай,
не творил-таки кумира, тай-дири-дай,
из сотрудника ОВИРа, тай-дири-дай.
Но когда наш Бог захочет, тай-дири-дай,
он еще не то отмочит, ай, вос туцех!
и по божьему капризу, тай-дири-дай,
айн-цвай-драй! — и дали визу, тай-дири-дай.
И теперь в Ершалаиме, тай-дири-дай,
хорошо живется Диме, тай-дири-дай.
Жизнь идет без всяких сбоев, тай-дири-дай,
там где таки нету гоев, тай-дири-дай.
Нету давки в электричке, тай-дири-дай,
нет в оркестре обезлички, ай, вос туцех!
И не надо с контрабасом, тай-дири-дай,
три часа стоять за квасом
тай-дири-дай.
А у нас таки в России, тай-дири-дай,
начались дела плохие, тай-дири-дай:
в щель какую ни забейся, тай-дири-дай —
всюду дергают за бейцы
Православные писаки, тай-дири-дай,
снова делают нам каки, ай, вос туцех!
Не дают забыть народу, тай-дири-дай,
кто им в кране выпил воду, тай-дири-дай.
Так что Дима из столицы, тай-дири-дай,
в самый раз надумал смыться, тай-дири-дай!
Если здесь такие штуки, тай-дири-дай,
таки как не сделать в брюки, тай-дири-дай?
Где кругом филистимляне, тай-дири-дай,
там еврей, как на вулкане, ай, вос туцех!
Так что Диму мы не судим, тай-дири-дай —
таки скоро все там будем, тай-дири-дай!