Мадина

Горная река несется, нету для неё преград.
Я с горянкой повстречался, у нее, как пламя, взгляд.
На меня она взглянула, свои брови подняла,
И, как лезвие кинжала, обожгли её глаза.
На меня она взглянула, свои брови подняла,
И, как лезвие кинжала, обожгли её глаза.
Ах, Мадина, ах, Мадина - красота кавказских гор,
Черноглазая горянка, что ты сделала со мной?
Сердце ты моё разбила, потерял джигит покой.
И теперь и днём, и ночью взгляд твой следует за мной.
На пути моём ты встала, словно бурная река,
У которой нет начала, у которой нет моста.
Твоё имя повторяю и во сне, и наяву.
Черноглазую Мадину больше жизни я люблю.
Твоё имя повторяю и во сне, и наяву.
Черноглазую Мадину больше жизни я люблю.
Ах, Мадина, ах, Мадина - красота кавказских гор,
Черноглазая горянка, что ты сделала со мной?
Сердце ты моё разбила, потерял джигит покой.
И теперь и днём, и ночью взгляд твой следует за мной.
От судьбы своей, наверное, никуда мне не уйти.
Так зачем ты повстречалась мне на жизненном пути?
Только взгляд твой вспоминаю, твои чёрные глаза.
Я люблю тебя, Мадина, видно, ты - моя судьба.
Только взгляд твой вспоминаю, твои чёрные глаза.
Я люблю тебя, Мадина, видно, ты - моя судьба.
Ах, Мадина, ах, Мадина - красота кавказских гор,
Черноглазая горянка, что ты сделала со мной?
Сердце ты моё разбила, потерял джигит покой.
И теперь и днём, и ночью взгляд твой следует за мной.
Горная река несется, нету для неё преград.
Я с горянкой повстречался, у нее, как пламя, взгляд.
На меня она взглянула, свои брови подняла,
И, как лезвие кинжала, обожгли её глаза.
На меня она взглянула, свои брови подняла,
И, как лезвие кинжала, обожгли её глаза.
Ах, Мадина, ах, Мадина - красота кавказских гор,
Черноглазая горянка, что ты сделала со мной?
Сердце ты моё разбила, потерял джигит покой.
И теперь и днём, и ночью взгляд твой следует за мной.
Ах, Мадина, ах, Мадина - красота кавказских гор,
Черноглазая горянка, что ты сделала со мной?
Сердце ты моё разбила, потерял джигит покой.
И теперь и днём, и ночью взгляд твой следует за мной.