Города, которых не стало

В чужедальние-дальние страны
Путешествуя снова и снова,
На зелёных камнях Ватикана
Я увижу позабытое слово…
И припомню все прошлые жизни,
На которых та же тень отчужденья.
И глаза мои вдруг станут чужими,
Через прошлое вылечив зренье.
Вижу отроков в белых одеждах,
Говорящих со мной на латыни.
И в речах их любовь и надежда,
Потому что бог еще с ними.
Здесь все знакомо до боли в глазах,
И как будто бы голос
Кричит мне: — Я здесь уже был!
В этих темно-вишневых лесах,
В расписных небесах,
Среди серых камней и могил —
В городах, которых не стало,
В городах, которых не станет,
В городах, которых не стало,
Но которые пока еще с нами.
Постучусь в приоткрытые двери,
За которыми родные мне лица.
Мне откроют, но сперва не поверят,
Что такое могло приключиться.
А поверив, проявят участье
И расспросят о будущим вкратце.
И я налгу им три короба счастья, —
Пусть живут, ничего не боятся.
Здесь все знакомо до боли в глазах,
И как будто бы голос
Кричит мне: — Я здесь уже был!
В этих темно-вишневых лесах,
В расписных небесах,
Среди серых камней и могил —
Среди тех, которых не стало,
Среди тех, которых не станет,
Среди тех, которых не стало,
Но которые по-прежнему с нами.
Очень жаль, но пора возвращаться —
Пробужденье, увы, неизбежно.
А мне бы тоже три короба счастья,
Иль хотя бы наперсток надежды…
Но, путешествуя в дальние страны,
Я пройду потайными местами —
Городами, которых не стало,
Где живут те, которых не станет.
Где все знакомо до боли в глазах,
И как будто бы голос
Кричит мне: — Я здесь уже был!
В этих темно-вишневых лесах,
В расписных небесах,
Среди серых камней и могил —
В городах, которых не стало,
В городах, которых не станет,
Среди тех, которых не стало,
Но которые по-прежнему с нами.