Тевтонская

Я читаю «Нойес Дойчланд"десять раз на дню.
Всяко-разные германцы-иностранцы
Задурили, басурмане, голову мою.
Решено: иду на крайность,
Поменять пора ментальность,
заодно национальность заменю.
Всенародно заявляю, что я немец.
«Хенде хох! Цурюк! Нихт шиссен! Ауфштейн!»
Я совковой жизни скидываю бремя,
Сердце рвется в милый край — Шлезвиг-Голштейн!
Нужно что нам, злым тевтонам? — Утречком пивка!
В магазин иду, как Зигфрид за Граалем.
Да, стране необходима твердая рука.
Продавщице крикнул: «Матка!
Бистро курка, млеко, яйка!»
Тут какой-то ветеран мне дал пинка.
Ну-ка, милая, мне шнапсу наливай-ка,
Да бегом давай доспехи мне зашей!
Мне жена кричит: «Я чайка, мол, я чайка!»
«А я Зигфрид!" — отвечаю, — «Нихт ферштейн!»
Вдоль по штрассе вместе с фройляйн выйду погулять.
«Гутен морген, чуваки! Иду вот в кирху.
Нет же в кирхе не киряют, ловят благодать.
Нам арийцам важно крайне:
Не вести себя, как швайне.
Это должен каждый бюргер понимать!»
Но! — Говорят, что немцы спят, когда напьются,
На фига тогда мне ваша Пруссия!
Если Пруссия — то место, где все прутся,
То это ж здесь, где вместе с вами прусь и я!
Вир зинд геборн дас мерхен сделать былью,
Преодолеть ди шпере унд ди вайт
Вернунфт нам дал стальные флюгельхенде,
А вместо херца — аузенбордмотор!