Я перевернул вазу, меня опять чуть не стошнило Им на рыла сразу, в силу спазма боль напряженного глаза, Все было так убого, чопорно, грязно. Мне среди тех утех находится опасно, Чисто залепить глаза пластырем наспех, И я ебал все эти дешевые басни, Чем не видеть не слышать, что может быть прекрасней? Но я ушел далеко от их страсти, Видимо не той масти, забыл их ипостаси, в своей касте, Тогда как в остальных вижу лишь никому не нужный почерк свастики И эту девушку запомнил я иной, Ту которая дрожала, играла цветами разными, Тело горело девственной виной, И что теперь стало с Настей, с ее страстью? Глаза пропали, Тертые впадины тоски и печали рвали мозги на куски И молчали, в клубах барного дыма, Опьянев изрядно уж по щекам текла черная тушь. Сергей, Сереженька, то ли приятель, то ли муж, Что-то там про чувства, мм, да уж, От вина стало пусто и проглотила глушь, Настюша ну же покушай лучше там вон же меню ж! А там глушили водку палевную, Не раз каяные, были вбитыми в стулья, Свалены в недра сознания, Воняло драмой, не помогали дырявые рамы, Дополняли гаму со стенами слитые дамы, Шарканье стаканов романтика выцветшей шали, Слепые взгляды, сочащийся гной из шарма, Это было рядом, глаза смотрели в кружки, какая досада? Убьем ее пьяными шлюшками! Досужие мысли, Сплетни досужие, бесконечные обедни кормятся ужином, Картины размыты, распиты тары, словно стаканы Судьбы разбиты, но разлито по новому с жаром. Вино шептало о старом, я уже думал спятил что ли? Не внял во взгляде боли, Глаза из-под волос не глядя кололи Той весной отрезали обе ноги дяде Коле Смотрела на маму под потолком, глотала ком, Кричала потом, умчала потом, отчалила с мечтами и зонтом, Оставила полный печали маленький старенький дом. Слезы стерты были до нельзя, до пыли, Глаза пленили на миг и закрылись, забыли, Ворошить то нельзя как жили, я видел жилы, Как играли скулы, блять, но как-то все-таки жили! И эту суку я запомнил иной, другие мысли, фразы, Смысл сказанного, сейчас она была лицом ко мне, Но спиной, и что теперь стало с Настей, что за напасти? Резаные запястья, дырявые вены, Ампулы слепого счастья, аура выцвела давно уже, Сожгли мосты костры разные, места грязные. Дрожащий подбородок уткнулся мне в плечо, В смысле это тут не причем, не о чем, Она еще дарила тепло, руками била об стол, Кричала дурочка что, но это было не то. Рожала в сумраке всхлипы, Дышала тяжело лишала меня показать себя суровым типом, Но мой взгляд как враг был дик, И лишь когда глотнул коньяк на миг я обмяк и сник Мне было просто жалко, жалко ту коммуналку свалку, Дядь Колину кресло качалку, глаза трех летнего Миши, В них немой вопрос, От рожденья не слышал и рождал много слез. Жаль письма брата одетого в камуфляж, Письма без адресата, жаль этаж, жаль дом, Жаль том, что дописан и закрыт, долистан и зарыт, И за кулисами унылый Настин вид… Воздух свежий трезвил, да я и не пил то толком, Летел серым осколком, от четырех сторон грозивших задавить, Меня встречал перрон, чтобы проводить…
Песен-НИКИ
Загрузка...