Инородные

Я писал тебе каждый год,
Что ты забывал про мое день рождение
Папа, ты правда такой идиот
Или просто дела стали самой
Важнейшей мишенью
Я вырос и, кажется, стал бессердечней, чем ты
Поколение next поуспешней
Я нырнул глубже бездны, зашел дальше черты
Но на мне сухая одежда
По стопкам отца
Не пойду — это было бы, наверное, просто
Ты пытался себя отрицать
А я признаю, что в душе живу монстром
Ненависть лучше, чем слабость
Красный конструктор дешевле, чем лего
Я за тобой не приду, будто Кратос
Ты и сам себя сделал моральным калекой
Я держу внутри себя зло
Тьму, что вместе с жизнью ты мне дал
Слезы превратились в острый лед
И пронзили сердце навсегда
Я держу внутри себя зло
Тьму, что вместе с жизнью ты мне дал
Слезы превратились в острый лед
И пронзили сердце навсегда
Обреченный взгляд шестилетнего
Полысевшие стены камеры
Шепот хлебушка плесневелого
"Здесь тебе расти с тараканами"
Так и лежу в монотонных объятьях
Мертвой кровати, что скотчем заклеена
На стене пожелтевшее радио
Обреченный взгляд шестилетнего
Ничего не видно, хоть теперь выдумывай сам
Те же солнце, небеса, все на иллюстрацию
Страх и тоска рвутся каскадом
А я неделями тебя пытаюсь искать во снах
Хотя бы во снах
Хотел против, восстать
Но как только вернешься, нету и зла
Хоть тебе и не стыдно смотреть мне в глаза
Но теперь я не такой безвольный и слабый,
не хочу скрывать всю правду, финал тут
От момента твоих запоев, до перепалок,
Запомнил только главное – хаос
А ведь мало того, что ты
Все мое детство очернила, запятнала
Забавно, как легко ты меня сбагрила в ад
Чтоб я не знал, как ты устала. мама
В нашем домике, что строил
Дожди уже давно разъели крышу
Чего тогда любовь твоя мне стоила
Здоровья, нервотрепок, трети жизни
Я помню всю ту боль, что ты оставила
С кровью у подъезда до одышки
Я так хотел, чтобы ты все осознала
Жаль, что ты не услышишь
Я держу внутри себя зло
Тьму, что вместе с жизнью ты мне дал
Слезы превратились в острый лед
И пронзили сердце навсегда
Я держу внутри себя зло
Тьму, что вместе с жизнью ты мне дал
Слезы превратились в острый лед
И пронзили сердце навсегда