Великий Устюг

Занялась да задалась, да завелась
Намереньем веселым,
Да все к столичным селам
Хмельным несется вихрем.
Передел да перебор, да пересуд
Мирского всех устоев —
То дело непростое,
Померься с братом ихним.
Тонким клювом из горла узкого.
Больше есть, но нет крепче русского.
Мощи дарят да жгут недюжую,
А ну, давай-ка ее наружу.
Говори давай, говори давай, говори, говори, Великий Устюг.
Говори-давай, говори-давай, а нам Господь отпустит.
То не стон, да не вой, да не песнь,
А то мое сердечко
За старое местечко
Смешной молитвой бредит.
И не царь, да не поп, да не суд,
А может, сам Всевышний,
Гляди, да так уж вышло,
К нам на пирушку едет.
И не ведомо, что за силами.
Здесь мы можем летать бескрылыми.
Отвязались веревки жгучие,
Разговорами души мучили.
Говори — давай.
Вот и голь, да вот и боль, вот и смех
Лицом и наизнанку,
В сугроб несутся санки,
А спьяну мило-любо.
Утонуть, да угадать, обернуть
В узоры — все уменье.
Недюжее терпенье
Твои хранили губы.
Чернью вязано, ряжено серебро.
Како, Мыслете, Люди, Есть, Добро.
Небо рухнуло — кто горазд поднять?
Птиц по улицам с ребятней гонять.
То не слог, да не сруб, да не рук
Чугунное сплетенье,
А то святое пенье
Не умиравших ликов.
Вот и день, вот и год, вот и век
Да сквозь огонь кликуши,
Твои дождались уши
С другого света криков.
Сел на камень, ветрами точеный,
Вижу будто, что напророчено,
Да разве речью простою скажется?
Жди, пока с ветром все уляжется.
Храмов белых снега не тают здесь,
С горем поровну коротают здесь,
Что не боязно — то обидно здесь,
Рассужденьям конца не видно здесь.
С деревами сомкнемся голыми,
А ну столицы хлестать глаголами,
Север греет и юг одна весна,
Изрекаем любовь и радостно.
Говори-давай.