О, бейби

о, бейби, не время лить слезы, время обливаться бензином.
ты выстрелишь себе в ногу, ты отомстишь за Хиросиму,
голая, обнаженная, нагая, на столе бутылка джина
моя рука в твоей руке, все впереди,
но только что нас переехала машина.
под звуки законопослушных горожан
под звуки достопочтенных горожан.
на похороны пришел Жандарм, пришел Тристан и Жанна
свидетели того страшного дорожно-транспортного коллапса.
Тристан сказал: Мозги я видел на асфальте — клякса.
Жанна: ботинки бейби висели на ветке высоченного дерева
Жандарм: часы увёл какой-то нигер отстраненный в понедельник с работы,
за неумение сдержать себя от воровства, пристрастия к Тарковскому
и мути типа «Вуду» и всякого-такого колдовства рода.
Неизвестный гость: из казино в тот вечер шулер выходил,
так у него от зрелища из рукава колода.
Тристан: Ведь угораздило какого-то урода...
а вообще:
мы с бейби шли за премией «Жизнь»
только вдумайся, шеф, за премией издательства «Жизнь»
за активную жизнь и позицию весьма либеральную
за профессию внеконфессиональную
за достижение в области собственной значимости,
за дурашливость, несдержанность и прочий черепаший суп.
Хотя какая разница, я труп и бейби труп.
немного до:
начал цитировать себя за секунду до схватки с железным драконом
ёкает сердце и останавливается.
в магнитофоне из лавки конфет
вопит Боно: "Я мертвец обтянутый кожей —
ты тоже».
Боже, прошу, верни все вспять.
моя рука в её руке, все впереди,
но только нас не переехала машина.
итого:
и голос вторит мне как будто сверху, ну типа
как с небес, хотя над головой навес конфетной лавки.
как тетка из собеса, дефибриллятор рявкнет.
«вы перешли на белый свет, здесь взятки гладки».