— Здравствуй! — Вам тоже здоровья. Я пришёл поделиться болью. — Что за боль у тебя? — Острая. Это вершина айсберга, моё прошлое. Белое солнце, мне не снятся сны, И та река теперь одна. Моя семья верит в Бога, А я будто бы сам Бог-то самое первое слово. Я вижу людей, покинувших нас. Они молчат, не отрывая взгляда. Клятвы хором: «Вы потеряли веру и тот мир, сотканный Богом». Я слышу голоса людей, они меня пугают, скажите что это? Вот. И я не знаю. Луна полная, исповедь долгая. Дни мои верёвками тёртыми. Я хочу рассказать, открыть душу, — Но чтобы слышать, нужно слушать. — Я плохо понимаю Вас. — Кто родители? и кто открыл тебе мир, что присытился? — Отец тридцатых, мать Любовь, Мать матери больна, и кровь её течёт во мне, Стирая грани в море моих видений. А мы вдохнули прошлогодний снег. Вниз, тихо по лестнице. И мир казался больше, чем есть. Фиолетовые тени, стелла памяти или мраморный бюст болезней. Желтая краска раньше была чёрной, А я был чистым, голосом души своей. В ожидании, лейся вода, придёт весна и к нам, зелёными красками. Как можно потерять веру, если не было? — Это как стать небом, сын. — Этот мир моим никогда не был. И мы уплывали в леса по небу, подальше от людей. Но мы внутри не нашли ничего, кроме детских слов. — Произнесите молитву скорей. И я уйду. Холодом греет сердца трёх. Припев: Смыты чёткие грани, Грубое сердце скребётся наружу, просит выпустить. Внутри резали мякоть острые бритвы, А я просил о пощаде: «Выпусти». Смыты чёткие грани, Грубое сердце скребётся наружу, просит выпустить. Внутри резали мякоть острые бритвы, А я просил о пощаде: «Выпусти». Спальный. Аптеки провожали молодых дам. Но мы не плавили там. Я одиноким стать не хотел никогда. Знаю, глупо скулить вот так, кипеть. После храма мысли в небе: Как я мог за эти годы впитать демона-гения? Бежать от страха, хотя бояться нужно себя, Сгибаясь в очередях. Поговорите со мной. Я точно знаю, куда текут реки, но никто не верит. Хочу писать слова только для души, Хочу вернуть друзей и никуда не спешить. Я предавал и был слабым, бросал, хотел покинуть мир навсегда. Жил под именами героев, и падал так глубоко, И мне казалось, я там укроюсь. Желал жён друзей, завидовал, В мыслях убивал, проклиная мир этот. Боль моя в этих словах. Я никому не говорил никогда, вы первый, знайте. Перед глазами имена, слёзы отольются. Я бесконечно должен вам. Он медленно встал под колокольный звон. И я увидел слёзы отца своего. Припев: Смыты чёткие грани, Грубое сердце скребётся наружу, просит выпустить. Внутри резали мякоть острые бритвы, А я просил о пощаде: «Выпусти». Смыты чёткие грани, Грубое сердце скребётся наружу, просит выпустить. Внутри резали мякоть острые бритвы, А я просил о пощаде: «Выпусти».
Песен-НИКИ
Загрузка...