Посвящение Александру Градскому

Лет пятьдесят тому назад, а может быть и более,
До сих пор ведется спор, а точных данных нет,
Но былины нам гласят про то, как Божьей волею
Посреди уральских гор он увидел свет.
Вот один, к примеру, факт, из архивов поднятый:
Сорок лет тому назад, обманув семью,
Он мотался, говорят, в Ливерпуль инкогнито
И учил «битлов» тайком петь про «I love you».
Тридцать лет назад тому, соблюдая этику,
И с утра, и в час ночной строго, не шутя,
Он учил нас мастерству в Клубе Энергетиков,
Он нам был отец родной, а мы ему — дитя.
Он успел и там и тут, он — кусок истории,
Дарованием своим озаряя свет,
За плечами — институт, три консерватории,
Сорок дисков, сто картин и один балет.
Он в работе ночь и день, пот со лба не вытерев,
Он вполне развеял миф, мол, она не волк.
Он, конечно, главный член в Союзе композиторов,
Больше б членов там таких, больше был бы толк.
Он в вокальном мастерстве превзошел Италию,
Хоть миланским тенорам равных в мире нет,
Так в Большом театре спел Звездочета арию,
Что Светланов сам сказал, мол, тушите свет.
Он на студии в сто крат выше Фила Спектора,
Спектор плачет всякий раз, слыша Сашин звук.
Он в своих рядах для нас воспитал директора
И отдал за просто так — вот что значит друг.
Он Россию просветил и к другому берегу
Свой тогда направил челн смело, ну, а там,
Он, по слухам, покорил ихнюю Америку,
Жаль, у них все чаще он и все реже к нам.
Он не меньше, чем Сократ, в плане сочинительства,
Он за свой недолгий век победил стократ,
Только что не космонавт и не член правительства,
Не народный, не генсек и не депутат.