Санька Котов

Санька Котов прошёл пол-Европы и в Берлине закончил войну.
Медсанбатами трижды заштопан, долгожданную встретил весну.
Он прошёл от ворот своих Нарвских до чужих Бранденбургских ворот,
И пронёс на погонах сержантских всё, чем Санькин гремит народ.
В лычках трёх — ленинградскую славу, Петроградскую ярость и боль,
Петербургскую гордость державы под обстрелом носил он с собой.
Дрался Саня за слёзы любимой, за зарытый в земле Летний сад,
За любимого города гимн, за родимый свой Ленинград.
Иногда, в тишине на полянке, перед боем, чтоб стать ещё злей,
Вспоминал Саня Котов Фонтанку, как на лодке гонялся по ней.
И вздымалась волна штормовая, и без промаха бил автомат,
И звезда на груди Золотая в полный рост поднимала солдат.
В ночь одну становились друзьями парень с Волги и парень с Невы,
Чтоб наутро, махнувшись часами, разойтись по окопам своим.
Натерялся товарищей Саня — ни сказать, ни пером описать:
С Барнаула, с Одессы, с Рязани — всех не вспомнить и не сосчитать.
Но за всех заплативши с лихвою, он вернулся с победой домой,
Ленинградский прославленный воин, как свой город, опять молодой.
И он рад, что всё в полном порядке, что назло милицейским постам
Бьют ребята на Средней Рогатке из рогаток по воробьям.
Бьют ребята на Средней Рогатке из рогаток по воробьям.